Сергей Тарута: когда с той стороны применяется тяжелое вооружение, то не военного решения уже нет

13.09.2014 15:00

Сергей Тарута: когда с той стороны применяется тяжелое вооружение, то не военного решения уже нет

По мнению председателя Донецкой ОГА Сергея Таруты, без полномасштабного вторжения - с воздуха, с моря - российские войска взять Мариуполь не смогут. ДНР и ЛНР - террористические организации. В Донецке днровцы имеют пять концлагерей.

Главе областной государственной администрации Донецкой области Сергею Таруте приходиться совмещать хозяйственные функции и заботу о защите территорий области от военной агрессии. Наверняка, остальным главам регионов тоже постепенно придется привыкать к совмещению гражданских и военных обязанностей.

Параллельно, Донецкая ОДА занимается возрождением освобожденных от сепаратистов территорий. Свет, газ, воду и снабжение продовольствием восстановили в течение недели. Два месяца ушло на восстановление школ и детских садов к 1 сентября, практически без помощи центрального бюджета. Сложной проблемой остается ремонт и восстановление жилых помещений – только в Славянске 260 частных домов не подлежат восстановлению. И чем дольше длиться война, тем разрушений в других городах и селах больше. Выплат из государственно бюджета на это пока нет и когда будут не известно. Постановление о нормах компенсации жителям до сих пор не утверждено Кабинетом министров. Да и сама оценка убытков началась только пару недель назад. Пока суть да дело, глава области инициировал создание частного фонда для восстановления наиболее пострадавшего района Славянска – Семёновки. Предполагается строительство новых домов с современной инфраструктурой. По примеру больницы в Красном Луче, которую, практически, отстроили наново. Первые готовые дома планируют сдать до средины лета следующего года.

А вторжение русских регулярных войск на территорию Украины, между тем, поставило перед необходимостью создавать оборонные сооружения и укреплять защиту городов. О новых вызовах и старых проблемах получилось расспросить главу Донецкой ОГА, поймав в поезде в треугольнике Киев-Славянск-Мариуполь:

Хорошо ли защищен Мариуполь? Как вы оцениваете вероятность захвата российскими войсками города? Без полномасштабного вторжения – с воздуха, с моря - русские войска взять Мариуполь не смогут. Для обороны Мариуполя сейчас делаются определенные вещи, которые до этого не применялись. Я не могу сказать вам всего, но мы преподнесем сюрприз любому желающему посягнуть на наш город. Если же будет полномасштабное вторжение, то мы переходим к другому формату – к формату партизанской войны.

Какова роль добровольческого батальона "Азов" в обороне Мариуполя?

Я считаю, что роль "Азова" в обороне Мариуполя определяюща. Там достаточно много и других подразделений, но сегодня "Азов" очень эффективен.

Как жители Мариуполя относятся к батальону "Азов"? Ведь его основа - члены Социал-Национальной Ассамблеи. Если кого-то и можно сравнить с теми мифическими "бандеровцами", которыми русская пропаганда пугает жителей Донбасса, то это именно их.

В батальоне "Азов" патриоты. Национализм у них выражается, в основном, в служении своей Отчизне. Сегодня у бойцов батальона с местными жителями полная гармония. В "Азове" прошла очень серьёзная работа по укреплению дисциплины, идеологическая работа и многие крайности были или убраны, или люди, склонные к радикализму перестали быть членами батальона "Азов". Поэтому сегодня для Мариуполя "Азов" является одним из главных защитников города.

Может ли быть на основе "Азова" сформирована, например, местная милиция Мариуполя?

Я считаю правильным, если в будущем милицейские подразделения будут сформированы на базе добровольческих батальонов.

Как вы относитесь к добровольческим батальонам, насколько они в состоянии пусть не заменить, но дополнить армию?

Они дополняют на сегодняшний день – выполняют часть работы по защите территорий, охране блок-постов. Есть проблемы связанные с дисциплиной, с эффективностью, с обеспечением законности. Многие из них пытаются быть и прокурорами, и судьями, и следователями и исполнителями в одном лице. Я думаю, это больше исключения из правил, чем само правило. Но добровольческие части должны понимать, что они являются частью силовых структур - Минобороны, Нацгвардии, МВД. А они себя часто ведут как самостоятельные единицы, которые никому не подчиняются. У них есть руководители, жесткий устав и регламент, они должны повышать свою боеспособность, но как механизм они делают много для защиты страны.

Нужно добровольческим батальонам придавать тяжелое вооружение, о чем сейчас много говорят? Или ограничить полицейскими функциями?

Здесь два фактора. Первое – наличие в батальонах тех, кто умеет управлять и воевать этим тяжелым вооружением. Если они просят танки, то у них должны быть танкисты в батальоне. Второе – какие задачи ставятся перед каждым конкретным батальоном. Если они выполняют боевые задачи, тогда у них должен быть полный арсенал тяжелого вооружения или они должны выполнять операции совместно с подразделениями, которые имеют эти средства. То, чего недостаточно было в Иловайске, например. Потому что против нас боевики применяют системы залпового огня.

Есть ли необходимость в введении военного положения?

Я считаю, что это необходимо. Это консолидирует наше общество и освободит его от ненужной внутренней борьбы и проведения выборов. Выборы, я бы даже сказал, сейчас очень вредны. Потому что все финансовые, политические, административные ресурсы должны быть сконцентрированы только на преодолении главной угрозы – захвата территорий. Консолидации общества не будет, если все поливают друг друга грязью на выборах. Что касается парламента, то, по моему мнению, другого такого парламента не было и, скорее всего, в истории Украины не будет, который будет принимать все предлагаемые ему решение. Так как, имея на себе печать вины, эти депутаты будут готовы все решения принимать. Одиозные люди нынешнего созыва готовы себя, наверное, реабилитировать.

В парламенте сейчас довольно много людей, которые, фактически, готовили российское вторжение. Как победить в войне имея за спиной парламент, в котором половина – пятая колона агрессора?

И сколько там таких людей? Десяток?

Почему же десяток? Только фракция Партии регионов составляет 77 человек. А еще два десятка коммунистов есть.

Большинство в Партии регионов сегодня абсолютно про-украинские и прекрасно понимают необходимость борьбы с Россией и успешного проведения АТО. Я никогда не был в Партии регионов и не собираюсь быть ее адвокатом, я говорю о реальной ситуации в стране. Мы сместили акценты: говорим, что у нас есть враг Ефремов, есть враг Кивалов, есть враг Шуфрич (депутаты фракции Партии регионов – ред.) и забыли обо всем остальном. Не надо ослаблять страну выборами из-за десяти-двадцати людей, которые не влияют на процесс. И вы глубоко заблуждаетесь, если думаете, что одиозные депутаты не пройдут по мажоритарным округам. Или парламент с Ляшко будет лучше, чем с коммунистами? И разве они за что-то не голосуют? Вот, например, разве они отказываются голосовать за ратификацию соглашения об ассоциации с ЕС?

Мы не знаем, как они могут проголосовать по вопросу ратификации Соглашения с ЕС. Вообще не знаем, как могут себя повести эти депутаты.

Ну почему же? Пусть Президент выносит Соглашение на ратификацию и потом будем говорить. Если бы не было лояльного к президенту большинства, то Рада с результатом, превышающим триста голосов, не голосовала б ни за нового руководителя Нацбанка, ни за нового Генерального прокурора. Да и вообще голосуют за все проекты, которые вносятся в сессионный зал. Какая может быть угроза от сегодняшнего парламента, где нет контрольного большинства у Партии регионов и коммунистов? Все, что нужно президенту и правительству нынешний парламент всегда примет.

Вообще-то, многие законопроекты, которые вносит Кабинет министров, даже в повестку дня проходят с трудом – с третьей-четвёртой попытки. А некоторые законы так и не удается принять.

Если Рада что-то не принимает, значит это не так уж и нужно правительству и президенту. Можете мне поверить. Парламент голосует за все подряд, иногда не глядя. Многие решения, как, например, секвестр бюджета, не были согласованы с руководителями местных и региональных властей. Иногда я не согласен с решениями парламента, например, считаю неправильным повышение тарифов на воду и тепло. Это не улучшит качество услуг и никак не поможет снизит энергопотребление.

В Украине всегда одна и та же проблема - каждый президент хочет иметь свой парламент. А вот не надо ему иметь свой парламент, также как не надо заниматься партийным строительством. Никогда не будет лучше времени для реформ, чем сейчас. И почему они не проводятся, почему их не выносят на голосование ни фракции большинства, ни правительство, это вопрос не к Партии регионов и ничем она тут не мешает. Этот парламент не самая большая проблема для проведения реформ.

Чего же хотят жители Донбасса сейчас?

Есть запрос на обновление власти. Настроения такие, что они не доверяют ни власти в Киеве, ни местной власти. Хотят перевыборов местных представительских органов. Но их не волнуют парламентские выборы. Президент Порошенко обещал во время инаугурации провести местные выборы, но это так и осталось обещанием. Нет доверия и к правоохранительным органам. Но больших симпатий к России уже нет.

Какие первые два-три шага должна делать центральная власть, чтобы избавить население освобожденных территорий от их мифических страхов по поводу хунты и "бандеровцев"? Что делать с этой смесью крайнего патернализма и требований дать какую-то самостоятельность и некий особый статус. Ребята, так либо вы хотите, чтобы за вас все решали и всем обеспечивали добрые дяди, либо независимость? Как это лечится?

Первое – передать власть на местный уровень. Ведь власть не людям передается, а громадам и их представительским органам – советам. Мы подали на Президента, премьер-министра, председателя Верховной рады и на вице-премьера Владимира Гройсмана два законопроекта о проведении эксперимента по децентрализации власти в Донецкой, Луганской и двух западных областях. Пока за два месяца идея с места не сдвинулась.

Больше свободы кто хочет? Лидеры, которые хотят независимости и меньше подконтрольности. А простым людям надо мир, спокойствие, рабочие места. Учитывая, что у нас центральная власть давно забрала обеспечение этих вопросов на себя, вот она и получает основные упреки. Поэтому пример Славянска показывает, что с этой идеологической инъекцией можно справиться. Возможно это процесс не одного дня. Людей нужно переубедить, рассказать, как оно есть на самом деле. И если в марте этого года в Славянске было 40% симпатизирующих России и желающих к ней присоединиться, то через месяц нашей работы после освобождения города (5 июля Славянск был освобожден от боевиков ДНР) оказалось, что таких всего 18%. Нужна системная работа – через СМИ, с лидерами мнений, секторально по каждой группе населения. Люди должны понимать, какой страх для них больше - страх эфемерного "бандеры" или страх реального боевика ДНР, который сегодня несет с собой смерть. Люди разберутся, но только нужно донести до них правду. К сожалению, они так думают, потому что находятся в абсолютно лживом информационном пространстве российской пропаганды, что обидно, но убивать их за это точно не нужно. Будем лечить.

Когда имеет смысл проводить выборы местных органов власти в Донецкой и Луганской областях?

Мы планируем, что это нужно сделать будущей весной, когда все несколько уляжется. Можно и раньше, если будет благоприятная обстановка. Тут главное, чтобы к моменту выборов у местных органов власти уже другие функции были. Не столько важно, кто будут депутаты местных советов. Сколько, кого выберут мером, потому что он и будет менеджером и управленцем хозяйства громады. Если мы сделаем децентрализацию, то автоматически меньше будет претензий к центральной власти. И нужно быстрее сделать реформы, чтобы люди не зависели от чиновников, чтобы люди поверили, что могут быть честные правоохранительные органы – честная милиция, честная прокуратура. Чтоб люди почувствовали, что побеждает закон и право. Тогда совершенно все изменится.

Много сетований, что на освобожденных территориях ни местная власть, ни правоохранительные органы не поменялись – в них, якобы, по-прежнему те же люди, которые приветствовали боевиков ДНР и содействовали им. Так ли это и что делается для преодоления сепаратистских настроений?

Кадровый состав милиции сильно обновился. На первом этапе привлекали силы милиции из других областей, но сейчас по большей части уже работают местные жители. Нет возможности привлекать много специалистов извне, потому что в Черниговской или Херсонской области ситуация не на много спокойней. Ресурсов не так уж много. А криминогенная ситуация на освобожденных территориях спокойная. Даже спокойнее, чем была до войны. Что касается сепаратистов, то работа по их выявлению ведется в основном СБУ, а не милицией. Сейчас большая группа следователей работает на освобожденных территориях и разбирается с фактами сепаратизма. Например, когда русские повторно заняли Новоазовск своими танками и попытались поднять народ, то никто не поднялся. То есть там мы город смогли расчистить от сепаратистов. И потому у русской армии нет внутреннего подспорья в Новоазовске.

По поводу обновления власти. Тут нужно признать, что везде на Донбассе кроме коммунистов и Партии регионов других депутатов местных советов нет. И если мы живем по Конституции, а не по-понятиям, то с этим нужно считаться. А не так, как пытаются делать представители некоторых батальонов, когда силой кого-то там меняют. Зачастую как только дело доходит до фактов, доказать сотрудничество того или иного чиновника с террористами оказывается нелегко даже СБУ. По виновным следствие будет вестись, но до его окончания лучше не разбрасываться обвинениями. Часто такое сотрудничество было исключительно из-за большого давления и прямой угрозой жизни чиновникам и их семьям.

В каком состоянии промышленность Донбасса?

Практически все парализовано. Ничего не работает на тех территориях, которые мы не контролируем. На освобожденных территориях – восстанавливаем. Шахты стоят, металлургические заводы тоже. Проблемы с электроэнергией, с поставками сырья. Железная дорога не работает уже четыре недели – она разрушена. И она контролируется, к сожалению, не нами.

После обстрела артиллерией и затопления шахт, подлежит ли восстановлению угольная отрасль или большую часть шахт проще закрыть?

Все зависит от степени разрушений. Сейчас ещё никто не скажет о масштабах и стоимости возрождения региона. Есть у нас понимание, что несколько шахт уже экономически будет невыгодно восстанавливать. Очень многие шахты затоплены и затопление продолжается из-за отсутствия электроэнергии. А ведь шахта – это часто единственное место работы для целых поселков. Необходимо будет создавать альтернативные рабочие места, открывать новые заводы, развивать новые отрасли. Но это очень не легко – строить новое. Чтобы модернизировать Донбасс, нужны инвесторы, а для этого нужен хороший инвестиционный климат. Потому восстановление Донбасса напрямую зависит от того, будут ли проведены реформы в стране. У собственников крупных предприятий тоже денег нет, потому что в этой стране никто кредитов не дает. Западные банки тоже не дают, потому что идет война. А собственников сначала ДНРовцы грабили, потом снаряды в предприятия полетели. Что же собственникам делать, как сохранять рабочие места? Но если мы не обеспечим людей рабочими местами, то у нас социальные конфликты, может и без применения "Града", но будут происходить.

Отношение к элите Донбасса сейчас во многом определяется той позицией, которую занимают такие люди как собственник СКМ и многих предприятий Донбасса Ринат Ахметов, который помогает в гуманитарной сфере – беженцам, какие-то программы на освобожденных территориях, продовольствие, транспорт. Но когда встал вопрос о помощи армии, то тут красноречиво прозвучало заявление Ахметова, мол, "я налоги плачу". Это действительно так, что представители элиты Донбасса помогают в гуманитарных вопросах, но не помогают армии? Не помогают воевать за освобождение этого самого Донбасса? На сколько это распространенное явление?

Я не обсуждал этот вопрос с Ахметовым и мне не известно, насколько он помогает, но раз он заявил, что не помогает армии, а платит налоги, то так, наверное, это и есть. Мне сложно давать оценку, правильно он делает или нет. В гуманитарной сфере он помогает. Другие, возможно не в таких больших объемах, но также участвуют. Есть и такой бизнес Донецкого региона, который помогает военным. Но они не хотят называть себя. Они это делают из человеческих и гражданских побуждений и не хотят на этом поднимать свой имидж.

Была ли возможность остановить боевые действия на Донбассе до того, как разгорелась война?

Мы изначально начали действовать не по тому сценарию, который был бы максимально эффективным. Если бы мы делали сразу точечные операции, то не имели бы сейчас того масштаба боевых действий. Сейчас уже нельзя вернуться назад – воюют совершенно другими средствами. Тогда еще не было "Градов", танков – все было довольно локально. Если бы тогда устранили лидеров сепаратистов, то погасили бы очаги из которых впоследствии и разгорелось пламя.

Многие в Киеве считали, что, может быть, это задача местных элит Донбасса? Может, они лучше знают лидеров, даже имеют некие силовые возможности для таких точечных действий?

Это непонимание сути Донбасса. На Донбассе давно уже нет боевых действий, давно уже никто не выясняет отношения с помощью пистолетов и автоматов.

А как же разговоры о частной армии Ахметова?

Никакой там армии нет. Ахметова боялись десять лет назад, а не сейчас. Надежда на то, что там у Ахметова есть какие-то спецподразделения – это было изначально неправильно. Во-первых, это не так, во-вторых – это ж действия законных властей, а не разборки каких-то там группировок. Ахметов сразу сказал, что готов вести переговоры, готов рисковать жизнью, но инструментов у него для силового подавления нет. Это мифы, которые, к сожалению, имеют не лучшее влияние на нашу стратегию. А, на самом деле, это дело спецподразделений, которые в соответствии с законом могут это делать.

Игоря Коломойского из-за его поддержки добровольческих батальонов даже обвиняют в создании "приватной" армии. А что мешало элитам Донбасса создать хотя бы один добровольческий батальон?

Это незнание самой сути проблемы. На Донбассе были еще раньше попытки формирование чего-либо, только все родственники и участники этого формирования попали сразу же в поле зрения террористов. Начались угрозы, началось давление на семьи – люди начали быстро убегать. Это ж не Днепропетровск, где можно говорить и что-то делать, потому что там войны нет. А здесь эти вещи не проходят. Людей убивают. Сколько сегодня убито и замучено гражданских лиц в застенках ДНР? Не хочу шокировать цифрами, но сейчас только задержанных "днровцами" около 400 человек и они над ними издеваются.

Когда приводят пример Коломойского – я привожу пример Запорожья, где никто не пиарится, а занимаются тихо-спокойно своим делом. Очень многие сегодня пиарятся на войне, только тем, кто воюет – им некогда пиариться. Они реально находятся в опасной зоне и там не до Фейсбуков. Писать в Фейсбук, что я вот тут в окружении – это преступление перед теми товарищами, которые рядом с ним, потому что он подвергает угрозе всех, кто находиться рядом с ним. Нужно понимать, что война – это не пиар, а опасность. Командиры должны делать все секретно.

Мне кажется, что сложилось такое восприятие жителей Донбасса как объекта воздействия России, Украины, кого-то еще. Они постоянно требуют, чтобы кто-то пришёл и им что-то дал. Такое позиционирование себя в пассивной позиции удивляет и поражает большинство украинцев, которые спрашивают: "А может вы там тоже сделайте что-то для защиты своего края от агрессоров? Или вы вообще не считаете себя гражданами Украины? Или вам не дорог ваш край?"

Это вопросы от незнания. На самом деле, те кто в Донецке - они не могут кричать и рассказывать, что они тут ура-патриоты, но они помогают и защищают. Я знаю очень многих ребят, которые рискуя жизнью постоянно борются. Если взять батальоны "Днепр", "Донбасс", "Азов" – то они в большой степени состоят из донецких ребят. Просто они не могли сформировать эти подразделения непосредственно в Донбассе и поэтому искали те места, где это можно было сделать более безопасно – без риска для жизни как их самих, так и их семей. Потому что на захваченных ДНР и ЛНР территориях очень жесткие условия. Если кто-то из ДНР узнавал, что есть или симпатизирующие, или находящиеся в добровольческих батальонах, то сразу шла команда на уничтожение всех родственников и всего, что связано с этими людьми. Поэтому люди живут в изоляции, в подполье, они не могут обо этом говорить. Там где живут их семьи это очень опасно. Потому и создается впечатление, что "донецких" нет. Но они есть и их погибает достаточно много в боях за освобождение Донбасса. И у нас очень много записалось в военкоматы. Поэтому все это выглядит немножко не так, но при этом "донецким" очень сложно говорить о действительной ситуации. Когда свободный город и нет уже опасности, то настроения про-украинские. Но когда они находятся с той стороны, где действуют жесточайшие законы военного времени, где без суда и следствия, иногда просто потому что не симпатичен или что-то там сказал или не так глянул, людей пытают, расстреливают и держат в застенках.

Сегодня в Донецке как минимум пять концлагерей – это и ДонОГА, и СБУ, где большие подвалы, в том числе и база "Металлург". Там до полтысячи человек может удерживаться в плену. Я не говорю даже об участниках боевых действий – это только сугубо активисты и граждане. Это делают по разным мотивам – ради наживы, с целью получить выкуп от родственников, вследствие обвинения в содействии украинской власти, из-за старой обиды, неприязни.

Что представляют собой ДНР и ЛНР, с вашей точки зрения?

Это террористические организации. Но на Чечню это не похоже. Боевые действия, которые идут на Донбассе не имеют аналогов. Здесь применяются "Грады", тяжелая артиллерия, танки. Это гибридная война, которую в том числе организовывают и дончане, которых называют себя "днровцами". Они уже себя полностью дискредитировали, потому что на них очень много крови.

Ангела Меркель, когда объясняла, почему Германия не будет поставлять Украине оружие, говорила, что конфликт не имеет военного решения. А с вашей точки зрения, какое решение этого конфликта?

К сожалению, когда с той стороны применяется тяжелое вооружение, то не военного решения уже практически нет, потому что голос разума уже абсолютно отсутствует. Когда уничтожаются города, уничтожается будущее – школы, объекты культуры, музеи, жилые дома. Уничтожаются дончане этими же представителями ДНР под видом того, что это делает украинская армия, а украинской армии там и близко нет. Все это показывает, что никакие цели связанные с благополучием Донбасса они не преследуют. Им нужна война. Им нужны боевые действия. А нам точно не нужны боевые действия и точно хотелось бы закончить этот конфликт без них. Но насколько это реально? Сегодня я считаю, что не реально. Потому что мы готовы слышать и обсуждать все что угодно, что касается нормальных социальных и экономических вопросов. Но с кем обсуждать? Кто будет гарантировать выполнение этих обязательств? Мы с некоторыми участниками ДНР до этого говорили. Весь разговор сводился к тому, что мы о чем-то договаривались, потом они уходили и говорили, что у нас отняли мандат, а после этого появлялся новый переговорщик.

Потому есть о чем говорить с ДНР и ЛНР - об освобождении пленных, о предоставлении коридоров для выезда жителей, чтобы завезти продукты питания,чтобы восстановить инфраструктуру Но как с ними договариваться, если их главное средство – оружие, то перспективы не очень большие.

Насколько можно говорить о признании Новороссии, как отдельного образования в составе Украины?

Вокруг этого, конечно же, невозможно говорить. Украина никогда не пойдет на договоренности связанные с отделением территорий.

Речь идет не об отделении, а о некоем анклаве со специальным статусом, который будет иметь влияние на решения центральной власти.

Так пусть они спросят у всего населения Донбасса, а не у одного или двух представителей ДНР. Кого представляет ДНР? Кто их уполномочил? Кто их выбирал? Какой такой орган их создал? Они сами себя назначили, сами себя выбрали, сами сказали, что вот мы генералы, министры и всё остальное. Потому пусть спросят у жителей Донбасса и вот если они скажут, что нам необходима такая Новороссия, тогда вокруг этого можно вести диалог. А пока жители Донбасса хотят мира и им надоела эта война.

Каким мог бы быть алгоритм выхода из этой войны?

Я бы назвал несколько пунктов. Успешны военные действия и укрепление армии. Политические переговоры о контроле за границей и выводе боевиков и оружия с территории Донбасса. Децентрализация власти. Пока не будет отдана власть на места – не в область, а на уровень города, поселка, - до тех пор люди во всем будут обвинять Киев. Центральная же власть должна проводить реформы, закладывать основу для модернизации страны. Тогда мы сможем выйти из этой беды с гораздо меньшими потерями.

Проводить переговоры с Российской Федерацией?

Формат должен быть министры иностранных дел Украины, России, ЕС, стран гарантов Будапештского меморандума, представители стран, имеющих наибольшее влияние в Евросоюзе – Германии, Италии, Франции. И в таком формате если бы велись переговоры по деэскалации и Россия согласилась бы на введение международных наблюдателей на границе, то мы бы могли в течении месяца эту проблему всю решить. Если убрать все внешние пути притока боевиков и тяжелой техники, то мы справимся быстро.

А каково будущее элит Донбасса, без влияния которых все происходящее вряд ли бы стало возможным? Каково будущее Партии регионов? Кто сохранил доверие населения?

Элита, если она есть – не должна разменивать ценности ни на какие коврижки. Для начала, она, вообще, должна их иметь. Время покажет – кто элита. Свято место пусто не бывает. Нужно смотреть шире - все старые политики утратили доверие населения, и не только в восточных областях, а и на всей территории Украины.

На осколках Партии регионов сейчас создают партию менеджеры Ахметова и Новинского. Потом "Партия развития", которую связывают с Сергеем Левочкиным, одно из публичных лиц которой замглавы Администрации президента Януковича Сергей Ларин. С вами эти проекты обсуждали?

Со мной это зачем обсуждать? Я же никогда не был в политике. У меня есть позиция – я не хочу участвовать в партийных делах. С Сергеем Лариным иногда встречаюсь. Ларин не воспринимался как человек Януковича, он имеет некоторую известность на Донбассе как молодой и успешный бывший губернатор Кировоградской области, потому будет зависеть кого они в команду возьмут и какова будет их программа.

 

Источник новости: NEWSru.ua

Лента новостей

Оставить комментарий

comments powered by Disqus